Регистрация Авторизация В избранное
 
 
Премьеры на ТМДРадио
Пн-Чт 21.00, Пт-Сб 19.00 Вс 18.00
«РОЖЬ» Фет Тютчев Кольцов
Л.Н.Толстой А.К.Толстой
Пт-Вс 21.00
«Вяленая Вобла» Салтыков-Щедрин
Вс 15.00
«Персидские песни» Хафиз Саади Хайям
Художественная галерея
Москва, Малая Дмитровка (1)
Зима, Суздаль (0)
Дмитровка (0)
Этюд 2 (0)
Ростов (1)
Лубянская площадь (1)
Медведева пустынь (0)
Зимний вечер (0)
В старой Москве (0)
Собор Василия Блаженного (0)
Суздаль (1)
Деревянное зодчество (0)

«Мы на природу выезжали» Сергей Филиппов

article459.jpg
МЫ НА ПРИРОДУ ВЫЕЗЖАЛИ
 
             хххххх
 
Вторая половина января.
День стал длинней, зима пошла на убыль.
Хотя она, по правде говоря,
Ещё не раз свои покажет зубы.
 
Начав сначала, с чистого листа,
Год Новый встретив с добрым ощущеньем,
Отметили Рождение Христа,
Грехи все смыли в День Его Крещенья.
 
И вот уже средь общей суеты,
Предпраздничной и праздничной, нам с вами
Почудилось дыхание весны,
Она (весна) уже не за горами.
 
Она то мёрзнет и как все дрожит.
То выглянет на час-другой утайкой.
Но скоро — через месяц с небольшим,
Предстанет полновластною хозяйкой.
 
Она придёт в назначенный ей час.
Придёт, друзья, без всякого сомненья.
Она придёт, и каждому из нас,
Кто ждал её, подарит обновленье.
 
             хххххх
 
Вновь под крышей птицы свили гнёзда.
Жизнь пошла на новый оборот.
И самец, солидный и серьёзный,
Снова что-то в клювике несёт.
 
Старый дед размять суставы вышел,
Смотрит и любуется с крыльца,
Одобряя действия под крышей
Нового соседа и жильца.
 
Зиму всю провёл на печке лёжа,
А сегодня деду не до сна.
У него, (у деда), праздник тоже:
Восемьдесят пятая весна.
 
Всё весной живёт, весною дышит,
Так уж повелось из года в год,
Что птенец, родившийся под крышей,
И старик весною что-то ждёт.
 
             хххххх
 
Опять апрель! А я и не заметил,
Как кончилась холодная зима.
Как март прошёл, и снова на планете
Апрельская возникла кутерьма.
 
Возможно от того, что март стал как бы
Достойным продолжением зимы,
Раздвинулись границы и масштабы
Её, и чуть расстроились умы.
 
Теперь, апрель, лишь на тебя надежда!
И вот уже, куда не бросишь взгляд,
Земля меняет белые одежды
На скромный, но естественный наряд.
 
Несись весна сметающим потоком.
В природе, как и в жизни вообще,
Возможно замедление по срокам,
Необратим лишь общий ход вещей.
 
              хххххх
 
Лес пуст. Под заповедной крышей,
Сколь не аукай, не маши,
Нигде не встретишь, не услышишь
Здесь ни одной живой души.
 
Зато он полон разных красок,
Их сочетаний и слоёв.
И насекомых самых разных:
Мух, бабочек и муравьёв.
 
На мир взираю незнакомый
И понимаю то, что я
Лишь только корм для насекомых
И разновидность муравья.
 
             хххххх
 
Как чуден ранним утром лес.
Не верьте тем, кто утверждает
И убеждает, что чудес 
На этм свете не бывает.
 
Не верьте, вставшим на пути
Прагматикам и пессимистам -
Достаточно в него войти,
Чтоб в этом сразу убедиться.
 
Потом взглянуть на облака
В их золотистом оперенье
На фоне леса, и тогда
Уж окончательно поверить,
 
Что всех чудес не сосчитать,
И, выйдя из оцепененья,
Понять, где следует искать
Источник сил и вдохновенья.
 
             хххххх
 
И снова осень золотая.
И вновь мы радуемся ей.
И на душе легко, как в мае,
А воздух чище и светлей.
 
Придёт? Надолго ли? Не знали.
Но половину сентября,
Холодных и дождливых, ждали,
И оказалось, что не зря.
 
Был тёплым май, нежарким лето,
Погожих сколько ещё дней
Скупая годовая смета
Отпустит нам? И сколько в ней
 
Ещё их будет — лучезарных,
Одетых в золото и медь,
Не рядовых, не календарных,
А ярких, чтобы их воспеть.
 
             хххххх
 
Как сердцу горестно и грустно
Любить, надеяться и ждать.
Себя обманывать искусно,
Когда не хочется, прощать.
 
О, как ему бывает нужно,
Чтоб чьё-то рядом билось с ним.
О, как ему бывает трудно,
Быть добрым, честным и простым.
 
О сердце, сердце, сколько боли
И сколько мук в тебе живёт!
Какое ты познало горе,
Теряло скольким бедам счёт.
 
Но как бываешь ты прекрасно,
Когда в предутренней тиши,
Устало, мирно и бесстрастно 
У речки дремлют камыши.
 
             хххххх
 
Молчит трава, молчат берёзы,
Молчит холодная река.
Безмолвно увядают розы,
И проплывают облака.
 
Молчат московские бульвары,
Молчит забытый всеми сад.
И колокол церквушки старой
Молчит который год подряд.
 
А что сказать, к чему пытаться?
Всё сказано давным-давно.
В чужую душу достучаться
Словам обычным не дано.
 
И прав, кто не клянётся кровью,
Слов не бросает в пустоту,
А молча дорожит любовью
И молча ценит красоту.
 
          хххххх
 
Мы на природу выезжали.
В лес заходили. Неспроста.
Целенаправлено искали
В нём земляничные места.
 
Там ползали на четвереньках,
Обшарив всё от сих до сих,
И набирали помаленьку
Одно лукошко на троих.
 
Играла земляника с нами
В довольно странную игру,
Ведь, как любые горожане,
Мы были ей не по нутру.
 
То появлялась земляника,
То исчезала вдруг опять.
Сначала отыщи поди-ка,
Потом попробуй-ка сорвать.
 
Так набирая понемножку,
Мы выходили все втроём
Из леса с маленьким лукошком,
Искусанные комарьём.
 
И те забавные походы
За земляникой в ранний час
Нас убеждали, что природа
Так просто ничего не даст.
 
             хххххх
 
В этом старом, забытом саду
Тишина и цветов аромат.
Я порою вечерней приду
В этот всеми заброшенный сад.
 
Покосившийся серый забор,
И калитки несмазанной плач.
Еле слышен чужой разговор 
С по соседству построенных дач.
 
Здесь свинцовая тяжесть ветвей,
Что когда-то так бурно цвели.
Здесь, увы, как и в жизни моей
Все тропинки травой заросли.
 
Я пройду по прозрачной росе,
Разорвав серебристую нить,
И заботы, и горечи все
Постараюсь на время забыть.
 
Летний воздух почти невесом.
Засыпает заброшенный сад.
И горит за высоким холмом
Золотисто-лиловый закат.
 
             хххххх
 
Опять дожди, дожди и грозы,
И в серых тучах небосвод.
Всё в соответствии с прогнозом,
Но с точностью — наоборот.
 
Капризно лето, как невеста,
И переменчиво. Пока, 
Журнал листаю дома вместо
Намеченного пикника.
 
В душе тоска и в сердце тоже,
И хочется кричать, просить
Чуть-чуть побольше дней погожих
Для средне-русской полосы.
 
Таких, что даже в чаще леса
Ты чувствуешь солнцеворот....
Но в канцелярии небесной
Своих достаточно забот.
 
Там всё расписано до йоты:
Жара, и холод, и мороз.
И наплевать им на расчёты,
На пикники и на прогноз.
  
             хххххх
 
Привыкнув, весь в своей харизме,
Слоняться праздно по Тверской,
Ты отошёл от сельской жизни
Нелепый житель городской.
 
Таких как ты, не единицы,
А большинство, не только мне
Не ясно, как могло случиться 
Подобное в моей стране.
 
Россия в тупике, а кроме,
Пусть кто-то этому и рад,
Подрублены все наши корни,
Разрушен вековой уклад.
 
Крестьянин много лет в печали,
Да и работать он отвык,
И там, где сеяли, пахали,
Лишь двухметровый борщевик.
  
             хххххх
 
Лес без надзора и ухода.
Озёра, где нельзя купаться.
Всё, что осталось от природы,
Но вскоре может не остаться.
 
Складские базы и заводы,
Машины, их угарный газ,
Всё, что осталось от природы,
Уничтожают каждый час.
 
Гарь и токсичные отходы,
Пары бензина и мазута
Мы, тоже часть живой природы,
Вдыхаем каждую минуту.
 
Дороги, трассы, небоскрёбы
И кучи мусора кругом
То, что осталось от природы
Всё вытесняют с каждым днём.
 
Смог, и не видно небосвода,
Уничтожается, увы,
Всё, что осталось от природы
В Москве и в области Москвы.
 
ИВАН ИВАНОВИЧ ИЛЬИН
 
Иван Иванович Ильин,
Директор НПО «ТОКСИН»,
Весьма примерный семьянин.
Жена, три дочери и сын
Есть у него, и много внуков.
 
Семён Семёнович Безруков.
Почётный гражданин и мэр.
И пусть сегодня он — эсер,
Влиятельный функционер
Ещё с времён СССР.
 
Иван Иванович Ильин.
Семён Семёнович Безруков.
Так что же каждый господин
И гражданин оставит внукам?
 
Отходы сбрасывал завод
Токсичные который год.
Нет чистой в городе воды.
Из окружающей среды -
Одна промышленная зона.
Всё меньше зелени, газонов,
Кустарников, деревьев. Лес
Вокруг практически исчез.
Строительство по планам мэра
Весьма внушительных размеров.
И цены на жильё растут.
До экологии ли тут?
 
И вот, на даче Ильина:
Ильин, мэр города Безруков,
Шашлык, в руке бокал вина,
Сидят, любуются на внуков.
Которым оставляют средства
Свои и всё своё наследство.
  
             хххххх
 
Так время незаметно тает,
Что человек, прожив свой век,
В конце лишь с грустью замечает
Его неутомимый бег.
 
Что, по сравненью с днем вчерашним,
Вокруг не та уже среда,
И вместо нив, полей и пашни
Встают впритирку города.
 
Машины мчатся вереницей
По автострадам в три ряда.
Что чистый воздух — по крупицам,
И в кране — грязная вода.
 
Что разгибать, вставая, спину
Всё тяжелее каждый год.
Что резко изменился климат,
И хлеб на вкус уже не тот.
 
Что, как и прежде, жить для тела
И вечно что-нибудь прося 
У Бога глупо, хоть поделать
При этом ничего нельзя.
 
             хххххх
 
Люблю холодной осени красу.
Деревья с оголёнными ветвями.
Последнюю опавшую листву,
Что сладостно шуршит под сапогами.
Люблю последний, почерневший снег,
Что прячется в оврагах и ложбинах,
Где солнца нет, тепла почти что нет
И в мае, но который, всё едино,
Расстает через пару-тройку дней,
Сойдёт везде. Но больше всех люблю я
Надёжных, повидавших жизнь людей,
Готовых, не страшась и не пасуя
За ближних головою лезть в петлю,
Кто полон к ним любви и состраданья.....
Зато, кого я точно не люблю, 
Так это молодых, и слишком ранних.
 
ОПЫТ
 
Что опыт важен, каждый знает.
Но юность испокон веков
Скептически воспринимает
Советы мудрых стариков.
 
Что, вроде бы, «собаку съели»
В делах житейских, и не прочь
Почти всегда на самом деле
Ей искренне во всём помочь.
 
Но каждый человек, похоже,
Живёт по собственным часам,
И потому все сделать должен
Ошибки непременно сам.
 
Вбирая опыт по крупицам,
Который, судя по всему,
Потом опять не пригодится,
Как не печально, никому.
 
МЫСЛЬ
 
Ты постоянно что-то ищешь,
Не отдыхаешь и не спишь.
Стремишься с каждым днём всё выше
И в то же время в корень зришь.
 
Готовишь к жизни поколенья
Мыслителей и смельчаков,
Что проникают в суть явлений
И раздвигают грань веков.
 
То гениальна и прекрасна,
То боязлива и скромна,
Почти что всё тебе подвластно,
Хоть не во всём ещё видна.
 
Являешься всему началом,
Вот потому я так тужу,
Когда в большом и даже в малом
Порой тебя не нахожу.
 
ИМПРОВИЗАЦИЯ
 
Импровизация! Сколь тяжко
Тем, кто подсказок не берёт.
Кто выступает без бумажки,
Кто музицирует без нот.
 
Кто без спасательного круга
Готовых формул и цитат
В дискуссию с врагом ли, другом
Вступить без колебаний рад.
 
Так в прежние года, наверное,
В извечном поиске идей
Импровизировал Коперник,
Искал и мучался Эйнштейн.
 
Когда ниспровергают догмы,
То подтверждают постулат,
Что нет на свете вечных формул
И всеобъемлющих цитат.
 
ИНТЕЛЛИГЕНТНОСТЬ
 
Интеллигентность, что ты чаще
В свой адрес слышишь? Комплимент?
Что вот, мол самый настоящий
И истинный интеллигент.
 
А может быть, когда все хаят
И начинают попрекать: 
«Интеллигенция гнилая,
Совсем зажрались, вашу мать!»
 
Но ведь, друзья, интеллигентность
Отнюдь не умный разговор.
Не знания, не компетентность,
И не широкий кругозор.
 
Интеллигент, он не послушный 
Слуга народа, не денщик.
И не холодный, равнодушный
И беспринципный временщик.
 
Живёт, как все простые люди,
Не выделяясь, не таясь.
Со всем, что было и что будет,
Он чувствует живую связь.
 
Свободный от дурных привычек,
Пытливый, умный и уже
Без предрассудков, без кавычек
И чёрной зависти в душе.
 
НЕФУТБОЛЬНАЯ СТРАНА 
 
              -1-
(Гольяновский Хиддинк)
 
На тренировках и на сборах
Нам повторяли каждый раз,
Что выходить из обороны
Необходимо через пас.
 
Учили, на газон ступая,
Включать и голову и ум,
Играя в мяч, не выбивая
Его всё время наобум.
 
Бить по воротам, а не мимо,
Играть в свою игру, причём,
Особенно необходимо,
Твердили, дорожить мячом.
 
Терять его, как можно реже,
А потеряв, вступать в отбор....
Слова, причём одни и те же
Нам повторяли каждый сбор.
 
А мы, забыв про наставленья,
Неслись, как кони, резво вскач,
И получали наслажденье,
Теряя голову и мяч.
 
И наш защитник, номер «третий»,
Стремглав летел к чужой штрафной,
Не слыша, как от бровки тренер
Кричит рассерженно: «Домой!»
 
             -2-
 
В какой он не был бы команде,
Где б не играл, ему всю жизнь
Кричали: «Пас скорей отдай мне!»
Твердили: «Много не водись!»
 
А он лишь повторял упрямо
Себе и остальным: «Я сам!
Вот обведу ещё, а там и
Вам пас «на блюдечке» отдам».
 
И расставаться не намерен
С мячом был даже на краю,
Отрезанный от всех, и тренер
Сажал беднягу на скамью.
 
А через пять минут, как сыну,
Остыв немного, объяснял,
И заодно про дисциплину
На поле вновь напоминал.
 
Ему без видимой причины,
Как всем техничным игрокам,
Пришлось сносить удары в спину
И просто сзади по ногам.
 
Болельщики срывали глотки
И разносили в пух и прах,
А он всё шёл и шёл в обводку,
Всех оставляя в дураках.
 
Мы очень часто сожалеем,
Что век футбольный невелик.
Но не футбольных корифеев,
Вписавших в вечность каждый миг.
 
              -3-
(Фёдору Черенкову)
 
Пеле, Круиф и Марадона.
Их, как великих игроков,
Сегодня знают миллионы.
Но был и Фёдор Черенков.
 
И все футбольные эстеты
Вам подтвердят, что вытворял
На изумрудном поле этот 
Футбольный интеллектуал.
 
Как не кичился звёздной ролью,
В ту славную для всех пору,
Как шёл с мячом, как видел поле,
Как тонко чувствовал игру.
 
И оставайся Фёдор с нами,
То, как и все, он был бы рад,
Что у него перед глазами 
Весь мировой чемпионат.
 
Что перед входом к стадиону
Мы видим лучших игроков,
И как встречает Марадону,
Весь в бронзе, Фёдор Черенков!
 
© Филиппов С.В. Все права защищены.

К оглавлению...

Загрузка комментариев...

Записки сумасшедшего (0)
Ростов (1)
Ярославль (0)
Этюд 3 (1)
Москва, Новодевичий монастырь (0)
Этюд 1 (0)
Старик (1)
Храм Покрова на Нерли (1)
Троице-Сергиева лавра (0)
Загорск (1)
Яндекс.Метрика           Рейтинг@Mail.ru     
 
 
RadioCMS    InstantCMS