ТМД-ОНЛАЙН!
ТМДАудиопроекты слушать онлайн
ПРЕМЬЕРЫ на ТМДРадио
Художественная галерея
Старая Москва, Кремль (0)
Москва, ул. Покровка (1)
Ярославль (0)
Этюд 2 (0)
Троице-Сергиева лавра (0)
Старик (1)
Микулино Городище (0)
Зима, Суздаль (0)
Зимний вечер (0)
Загорск (1)
Храм Христа Спасителя (0)
Покровский собор (0)
 

«Времена года» Наталия Кравченко

article923.jpg
***
О первый утренний снежок, 
что чистотой мой взгляд ожёг! 
Такой пушистый, словно вата, 
такой ни в чём не виноватый.
 
 
***
Хотя весной на волю 
я вышла в белый свет, 
мне выпал снег на долю, 
как на голову снег.
 
 
***
Ласковый и тёплый лепет леса, 
прогони тоску мою взашей! 
Ты из сердца изгоняешь беса, 
как Господь из храма торгашей.
 
 
***
У дождя подкосились ноги 
и скосились глаза на висок. 
Переходит он все дороги 
не по правилам – наискосок.
 
 
***
Весна. Ручей забулькал, 
от солнышка тепло. 
И даже у сосульки 
из носу потекло.
 
 
ВЕРА, НАДЕЖДА, ЛЮБОВЬ 
 
***
Тех сестёр разлучила суровая жизнь. 
Веру мудрость София сомненьями гложет. 
А Надежда на цыпочках тянется ввысь 
и никак до Любви дотянуться не может. 
 
 
***
Как бы вьюги ни мели,
занося следы к калитке –
мне зима не обнулит
то, что копится в избытке. 
 
 
***
По-польски встреча – «спотыкание».
Ещё словцом словарь украсится. 
Споткнулась о тебя в тумане я, 
и вот теперь хромаю на сердце.
 
 
***
Никто не знает, я – о ком, 
и что в себе ношу. 
Никто не знает, на каком 
я волоске вишу.
 
 
***
Дар ли се небес? 
Иль попутал бес? 
Невозможность с, 
невозможность без.
 
 
 ***
Солнцу – не грей, огню – не гори, 
ветру – не вей, морю – замри, 
сердцу – не бейся. Отбой. 
Вот что творю я с собой.
 
 
***
На счастье иль беду 
в костёр бросаю сердце. 
Пускай сгорю в аду – 
мне только бы согреться.
 
 
***
Жизнь смешала были, небыли – 
и слила в одну посуду. 
То, чего со мною не было – 
Никогда не позабуду.
 
 
***
Как ничтожен зазор меж любовью, 
её счастьем и горькой бедой. 
Это всё лишь одно троесловье, 
что нельзя разделить запятой.
 
 
***
Не прихорашивается для встречи 
любовь. Речей её просторечье 
не выдаёт в ней ума колосса. 
Стоит боса и простоволоса.
 
 
***
Нет посвящений над стихами, 
но нужно ли тебе оно? 
Ведь вся я вместе с потрохами 
тебе посвящена давно.
 
 
***
Отрада моя и растрава. 
Я вся – лишь любви оправа. 
Растрескавшаяся рама, 
где вместо картины – рана.
 
 
 ***
Ум неразумен, а зрячесть – слепа. 
Я постигаю вновь: 
зорко лишь сердце, его волшба. 
Умна лишь одна любовь.
 
 
***
Но каким бы ни был приговор –
жизнь не одолеть ему в веках.
Если есть «зачем» и «для кого» –
вынесешь почти любое «как».
 
 
***
Декарта мысль ценю живую, 
но я иначе назову: 
«Любима – значит существую». 
Люблю – и значит, я живу.
 
 
НЕДОЛЮБОВЬ
 
***
Может быть, ещё всё возможно 
и не поздно счастливой быть... 
Я шепчу Вам вслед безнадёжно: 
«Подождите меня не любить!»
 
 
***
Мне без веры не прожить и дня, 
а в любви – ни года без премьеры. 
Если не полюбите меня – 
я приму решительные меры.
 
 
***
Мне показалось: чуть раздался лёд,
душа приотворилась, став разъятей.
Пустите в этот узенький пролет,
примите в переплет своих объятий!
 
 
***
Выплакалось счастье из весны 
и бурлит, не зная про усталость. 
Сколько ещё надо тишины, 
чтобы эта пена отстоялась.
 
 
***
Ты мне – как роскошь, как с небес звезда. 
А тут – кошёлки, книжки, стирка, ужин... 
Ты нужен очень, очень иногда. 
А может быть, и вовсе мне не нужен.
 
 
МУЖЧИНЫ И ЖЕНЩИНЫ 
 
***
Доля умудрённых жизнью женщин – 
ради пира полюбить чуму 
и мужчин, как братьев наших меньших, 
по душе встречать, не по уму.
 
 
***
«Балерина на сцене» Эдгара Дега. 
Эфемерна, возвышенна, полунага. 
Как им схвачена вмиг характерная поза, 
как изящно изогнута эта нога!
 
 
***
Рвётся бельё, как птица, 
всё в верёвочной власти. 
Вот у кого учиться 
танцу, порыву, страсти!
 
 
***
Хоть время метит, 
(на лицах – борозды),
все люди – дети 
разного возраста.
 
 
***
«Проходит молодость, проходит», – 
вздыхала Гурченко в гримёрке 
на семьдесят четвёртом годе, 
а журналист глядел в восторге.
 
 
О ДУШЕ 
 
***
Вздыхаю, вглядываясь в черты: 
и я была хороша... 
От всей когдатошней красоты 
осталась одна душа.
 
 
***
Чуть тлеет сердца костерок, 
но в нём – мильоны ватт!
И тайный маленький мирок 
вселенною чреват.
 
 
***
По жизни вдоль – два-три шажка, 
вложив юдоль в размер стишка. 
За поединком воль и доль 
душа следит исподтишка.
 
 
***
Обернётся грязь воздушным замком, 
терем ада – раем в шалаше. 
Синька неба отстирает за ночь 
то, что было чёрным на душе.
 
 
***
Больничной зимы негашёная известь 
не выбелит – выжжет тебя добела. 
О Боже, спаси мою душу и вызвездь! 
Высокого света прошу, не тепла.
 
 
***
Душа моя, пожалуйста, нишкни!
Не жалуйся, хозяева – они. 
Уткнись в пальто, молчи себе в кулак. 
Ты здесь никто, и звать тебя никак.
 
 
В РОССИИ 
 
***
В реанимации, в рай не доехав, 
очнувшись, спросила: «Пойман бен Ладен?» 
Так вот и надо жить, кроме смеха. 
Полною грудью дышать на ладан.
 
 
***
Средь множества людей 
всегда найдётся тот, 
кто будет не злодей, 
а просто идиот.
 
 
***
Вопрос не в том, нам плыть куда,
где выплыть – там иль тут,
а в том вопрос, а в том беда,
что нас нигде не ждут.
 
 
***
На сотни тысяч вёрст – 
о, где их только нету – 
разбросан бисер звёзд 
пред свиньями планеты.
 
 
***
Расхристан ворот. Настежь рот:
«Я патриот! Я – патриот!!!» 
Ну почему, как патриот – 
всегда дурак или урод?
 
 
***
Вино превратится в уксус, 
а поцелуй – в укус, 
когда испускает русскость 
антисемит и скунс.
 
 
***
Хозяин неба и земли
однажды скажет смерти: «Пли!» 
И что тогда предстанет глазу – 
с овчинку небо иль в алмазах?
 
 
***
На аккуратных рытвинах аллей – 
замедленные взрывы тополей. 
Сегодня даже мирная земля 
напоминает минные поля.
 
 
***
Со страхом жду, когда придёт мессия, 
и мир уже предстанет без прикрас. 
В какой же цвет окрасится Россия 
на этот раз?
 
 
***
Хамелеоны всё хамеют. 
В России надо жить до ста. 
О, это так они умеют! –
убить – и целовать в уста.
 
 
***
Не найти на Родине спасенья, 
хоть иди на север, хоть на юг, –
молодым везде у нас растленье, 
старикам везде у нас каюк.
 
 
***
Проспект с названием нелепым 
«Пятидесятилетья Ок- 
тября», где не единым хлебом 
живу я, женщина-совок.
 
 
***
Наш ужин скуден и нехитр: 
овсянка, сэр. Сырок, кефир. 
О трапеза и затрапеза! 
Да, далеко же нам до Креза.
 
 
***
Моешь, драишь, чистишь – 
ужас моих утр. 
Это вам почище 
всяких камасутр!
 
 
***
Чем, какою уловкой 
нам выжить совместно – 
чечевичной похлёбкой 
или манной небесной?
 
 
***
Мы слова порой бросаем всуе, 
Прикрываясь ими, как плащом. 
– Как живёшь? – Мучительно живу я.
– Эй, как жизнь? – Не кончилась ещё.
 
 
***
Вечно понимаю всё превратно,
довожу до белого каления.
Не туда иду и не обратно,
а в каком-то третьем направлении.
 
 
***
Сильна ль моя слабость иль сила слаба? 
Опять я в себе убиваю раба. 
А раб не сдаётся, как гордый варяг. 
и с этой проблемою вечный напряг.
 
 
***
Как бы жизнь ни гнула долго нас – 
её стержень прям и прост. 
Там, где согнута – я солгана. 
Выпрямляюсь в полный рост.
 
 
***
Вся суета, вся злость и грязь 
бессильно выпадет в осадок. 
Очищенный от пут и дрязг, 
вкус жизни первозданно сладок.
 
 
***
Выклёвываю радость 
из грязи бытия. 
Выплёвываю гадость, 
а сладость вся моя.
 
 
***
Любимым – любви моей мёд, нектар, 
а недругам – не обессудьте. 
Я вся, по сути, – ответный удар. 
Но вся я – как дар, по сути.
 
 
***
Обогащаюсь – и нищаю, – 
шагреневый закон ума. 
Чем больше мир в себя вмещаю, 
тем меньше делаюсь сама.
 
 
***
День прожит, проскользнул, как вор, 
украв, чем быть могла богата. 
И вечер пишет приговор 
кровавым почерком заката.
 
 
***
Планета не для чистоплюев. 
Давно преступлена черта. 
Бог (или чёрт) зарю малюет, 
автограф кровью начертав.
 
 
ГРУСТЬ-ТОСКА
 
***
Мир – словно тир, а я – как мишень, 
живу без покоя и сна я. 
Какое-то горе большое в душе. 
А вот какое – не знаю...
 
 
***
У меня собачья тоска, 
что не знает, куда излиться. 
У людей звериный оскал. 
У собак человечьи лица.
 
 
***
Живём как умеем, покуда доской
нас всех гробовой не прихлопнет.
В обнимку с обманом, вприкуску с тоской,
вприглядку с таким, чему слов нет.
 
 
***
Душное, топкое слово «тоска» 
мушкою тонко жужжит у виска. 
Ряской болотной пахнуло во мгле. 
Как я неплотно стою на земле.
 
 
***
Страдаю, мучусь – не играю, 
и жалуюсь, и слёзы лью. 
Я не живу, а умираю, 
спасая этим жизнь свою.
 
 
***
Как волны, беды прибывают. 
Один белеет только парус. 
У счастья паузы бывают. 
У горя не бывает пауз.
 
 
***
От заездившей тоски 
не уедешь на такси. 
А немилый сердцу мир – 
он везде и сер, и сир.
 
 
***
«Постарею, побелею...» 
Заболею, околею. 
Вешние воды, тёмные аллеи… 
Ни о чём не жалею.
 
 
***
А к тому, что в жизни не сбывается, 
не тянись и руки убери, 
ибо двери счастья открываются, 
к сожаленью, только изнутри.
 
 
***
Долька радости ушла. 
Мандариновая долька. 
Кто мне скажет, сколько их 
там ещё осталось, сколько?
 
 
***
Что делать? Как спастись? Пустырник пить. 
Пустую жизнь пытаться полюбить. 
На стёкла, запылённые паршой, 
дышать окоченевшею душой.
 
 
СМЕРТЬ
 
***
Дорожки морщин от яркого солнца 
у жизни на свежем лице. 
Тропинка бежит. Верёвочка вьётся, 
не зная о скором конце.
 
 
***
Жизнь к тебе, как покупатель, 
всё приценивается. 
Ну а смерть-завоеватель 
всё прицеливается.
 
 
***
Кармы путь извилист и обманчив, 
как хитросплетенья душ и тел. 
Прохудился у судьбы карманчик. 
Одуванчик жизни облетел.
 
 
***
Холодно, холодно жить на ветру. 
Птаха лесная, 
скоро ли, скоро ли тоже умру? 
Скоро узнаю.
 
 
***
Стою одна среди могил, 
разбросанных по белу свету. 
Здесь каждый жив, любим и мил. 
И лишь меня на свете нету.
 
 
***
Кладбище от слова «класть»? Нет, от слова «клад»! 
Там зарытые мои столько лет лежат. 
Золотые там сердца, ясные умы. 
Не оценим до конца никогда их мы.
 
 
***
Когда экзамен жизни жалкой 
тебе держать уж силы нет – 
швыряет смерть свою шпаргалку, 
даря спасительный ответ.
 
 
***
Поверь, возможны варианты.
Л. Миллер
 
Есть варианты судьбы и возможностей.
А. Кушнер
 
Как ни вставай на цыпочки-пуанты, 
танцуя жизни трепетный балет, 
Твой лебединый час пробьют куранты, 
и ты увидишь: вариантов нет.
 
 
***
Золотистого мёда струя из бутылки текла 
так тягуче и долго, что молвить хозяйка успела… 
О. Мандельштам 
 
Не успела подумать – зачем и о чём 
так томилась душа и чего так хотела. 
«Как тягуче и медленно время течёт!» – 
не успела промолвить, а жизнь пролетела.
 
  
***
Трагедия? Власть рока? Полноте! 
Не громоздитесь на котурны. 
Уйти из жизни – как из комнаты, 
в которой пахнет слишком дурно.
 
 
***
Нигде не встретить мне сивки-бурки, 
чтоб встал, как лист бы перед травой. 
Игра со смертью в весёлые жмурки, 
как в мячик с молнией шаровой.
 
 
***
Настоящее с прошлым сошлось в рукопашной. 
Настоящему страшно на кромке овражной. 
Осыпается глина, подошвы скользят. 
Оглянуться – и не оглянуться – нельзя.
 
 
***
Сколько их пропало – этих завтра, 
канув в темь погасшего азарта. 
Жизнь не остаётся на потом. 
Пустота хватает воздух ртом.
 
 
***
Стихи – мой первый шаг к небытию. 
Когда-нибудь сию галиматью 
писать я перестану, и – не вру – 
тогда умру.
 
 
***
Почему не спускается занавес? 
Пьеса жизни проиграна в прах. 
И на бис не сыграть её заново, 
разве только в грядущих мирах.
 
 
***
Свет от звезд идет мильоны лет,
озаряя будущее буден.
Души тоже излучают свет.
Он дойдет, когда меня не будет.
 
 
***
Как сорными лопухами, 
которых никто не ждёт, 
могила моя стихами 
бесхозными зарастёт.
 
 
***
Трясёт, как грушу, на ухабах.
Когда закончится комедь?
О, старость – это не для слабых.
И не для слабонервных – смерть.
 
 
***
У оборванных лепестков ромашек, 
у листков оторванных календарей 
что-то общее – от смертельных промашек 
облетевших лесов, обмелевших морей.
 
 
***
Облетели листья, потемнели дни. 
Вот мы и остались на земле одни. 
Я тебя жалею. Я тебя лелею. 
Я тобой болею. Боже, сохрани.
 
 
***
Вдоль дорог и аллей – фонарей многоточья 
тихий свет изливают во мгле. 
Как инъекции в тело простёртое ночи, 
чтобы теплилась жизнь на земле.
 
 
***
Ни о чём не печалься на свете, 
чёрной бездною вечно влеком. 
Всё прекрасно при утреннем свете, 
а до вечера так далеко.
 
 
***
Тот наплывает на этот свет.
Но это не беда.
День истончается, сходит на нет.
Мы же сойдём на да!
 
 
ПИСЬМА БОГУ
 
***
Когда надо мною отдёрнулся занавес, 
явив всему свету судьбы моей малость – 
на этой земле все места были заняты, 
и мне только небо одно оставалось.
 
 
***
Вся жизнь моя – это письмо, 
длиною в её дорогу. 
Кому-то, себе самой, 
а в сущности – Богу.
 
 
***
И глядит беспомощно Всевышний 
на судьбы моей витую нить, 
видя все извивы линий лишних, 
но бессильный что-то изменить.
 
 
***
Следит недрёманое око, 
чтоб радость вечно вышла боком, 
чтобы даров не перепало, 
чтоб зла не показалось мало.
 
 
***
Разгадывать звёздный ребус, 
подслушивать Божий глас... 
Мне кажется, что всё небо – 
из чьих-то любимых глаз.
 
 
***
Какая бледная луна…
Она, наверное, больна.
А может, потому бледна,
что в эту землю влюблена?
 
 
***
Кому-то – лампадка, иконка и чётки, 
кому-то – луны ободочек нечёткий, 
дворовый ли тополь, в лесу – соловьи… 
У каждого поиски смысла свои.
 
 
***
Слова, которых я не написала – 
перетекают в звёзды за окном. 
Как ночь в невыразимости блистала! 
Как сладко с нею думать об одном.
 
 
***
Рассвет – мой верный друг и подданный,
дежурит с ночи у порога.
На блюде неба солнце подано,
бодрящее, как чашка грога.
 
 
***
Отче мимо проносит чашу
вместе с жизнью как таковой.
И ему – мне казалось чаще –
обносить меня не впервой.
 
 
***
Всё живое Господом прополото. 
Я стою одна, дрожу от холода. 
Снега манна? Дождика плевки? 
Жизнь и смерть играют в поддавки.
 
 
***
Что там, в этой мёртвой остуди – 
Божья милость или месть? 
Ненавижу Тебя, Господи, 
так, как будто бы Ты есть.
 
 
***
Господи, надеюсь, что Ты есть, 
и Твой белый флаг над нами реет. 
Как надежда, искренность и честь,
Небо никогда не устареет.
 
 
***
И не вещи, а голос насущный и вещий,
где и руки и помыслы наши чисты,
где пространство расчищено в мире зловещем
измереньем четвёртым и чувством шестым.
 
 
***
Мне в облаках лежит письмо. 
От мамы? От отца? От Бога? 
И, кажется, ещё немного – 
оно прочтётся мне само.
 
 
В ОЧКАХ ПОЭЗИИ
  
***
Жизнь соткана из пустяков: 
осколков, капелек, безделок. 
Их без поэзии очков 
не разглядеть. Рисунок мелок.
 
 
***
Ломтик пространства звёздною солью посыпь, 
сверху укрась полукружьем луны крутолобой. 
Вот натюрморт-бутерброд. А взамен колбасы 
свежее мясо стиха моего попробуй.
 
 
***
Всем, кто поэт и кто слегка с приветом –
я шлю приветы,
передавая их как эстафету
ещё от Фета.
 
 
***
Так одиноко петь мне про это. 
Ты хоть согрей. 
Люди не понимают поэтов, 
точно зверей.
 
 
***
Я несу стихи в ладонях робко 
в ореоле вспыхнувшей свечи. 
Только с сердца, как со сковородки. 
Не взыщите, если горячи!
 
 
***
На руках поэзии в веках 
прошагать бы, тишину тревожа, 
чтобы в перевёрнутых зрачках 
мир предстал иным и непохожим.
 
 
***
Мир в серебряном озаренье, 
неподвластный карандашу. 
Как бессмертное стихотворенье, 
что когда-нибудь напишу.
 
 
***
Не расплескать б жизнь в руках,
как кипяток из блюдца.
Слова витают в облаках,
а в губы не даются.
 
 
***
Бог у поэтов ходит в суфлёрах.
Что ни поэт – продавец плагиата.
Я не участвую в этих аферах: 
в том, что пишу – лишь сама виновата.
 
 
***
Разрожусь ли строчкой элегической 
иль сама их выброшу за борт – 
только б не цензуры хирургической 
идеологический аборт.
 
 
***
Пусть у нас не случилось союза – 
всё равно ей не отвертеться: 
возвращается блудная Муза, 
потому что ей некуда деться.
 
 
***
Бабочкой, пришпиленной к листу, 
я живу на боевом посту. 
Радует ваш взор узоров сеть, 
но уж не взлететь мне, не взлететь.
 
 
***
Когда опять удушьем занедужишь, 
и станет жизнь до мёртвого тиха – 
спаси свою безжизненную душу 
искусственным дыханием стиха.
 
 
***
Не каждое чрево чревато, 
и разочарует умы ж 
вулкан, извергающий вату,
гора, породившая мышь.
 
 
***
Графоман прикинулся поэтом. 
Густо тень наводит на плетень. 
И не каждый видит, что ведь это 
не поэт, а о-бо-ро-тень.
 
 
***
Кобыла непомерной сивости
нам демонстрирует свой бред,
А критик видит в нем красивости,
многозначительности след.
 
 
***
Сокол окольцованный в ужа
превратится, извиваясь юзом.
И вольно ж Вам, певчая душа,
пресмыкаться в творческих союзах.
 
 
***
Стих пахнет кровью, а не мёдом, 
когда не врёт.
Залью чернилами, как йодом.
Пусть заживет.
 
 
ОДИНОЧЕСТВО
 
***
Одна среди улиц голых 
бреду по пустым дорогам. 
Как речка, оденусь в холод, 
чтобы никто не трогал.
 
 
***
Ведёт дорога в никуда,
и ты Никто и Никогда,
где Полифемы всех мастей
тебя обгложут до костей.
 
 
***
Ввысь неуклонно – рецепты просты – 
и весь мир пред тобою у ног... 
Страшно подняться до той высоты, 
где ты будешь совсем одинок.
 
 
***
Пусть это лето длится, длится… 
В душе с него снимаю слепок. 
Гляжу вослед любимым лицам: 
о, только бы не напоследок.
 
 
***
Они ушли в глухую небыль. 
И глаз их слеп, и рот их нем. 
А надо мною только небо, 
неумолимое ко всем.
 
 
***
То, что прежде было – где ж ты? 
Одиноким стал рассвет. 
Утро красит в цвет надежды 
то, чего на свете нет.
 
 
***
Жизнь расколота, как льдина. 
Стой и холодей. 
Это непереводимо 
на язык людей.
 
 
***
Вместо шелеста деревьев –
одинокие пеньки. 
Вместо счастья и доверья – 
одинокие деньки.
 
 
***
В небо глядела: где ты?..
Листья летят с высоты.
И кажется, это билеты
Туда, где ты...
 
 
***
Так мне с руки и на руку 
переживать отлучку. 
Хочется взяться за руку – 
и я берусь за ручку.
 
 
***
Ей говорят, что он не пара,
что он не вспомнит, не придет.
Ассоль все ждет заветный парус.
А парус… в море бури ждет.
 
 
***
Десять лет несбывшейся мечте. 
Праздную печальный юбилей. 
Десять лет обиде и беде. 
Что же ты замешкался? Налей!
 
 
***
Разлука – без страдания, 
как встреча – без нирваны. 
Ну что ж, до несвидания, 
несуженый незваный.
 
 
***
Сломана мачта. Погибла мечта. 
Радуйся, зависть. 
Вот и кто пели «Феличита» – 
тоже расстались.
 
 
***
В незнакомые лица пытаюсь вглядеться.
Куда же мне деться?
Прохожий, ты мог бы стать мне другом?..
Глядит с испугом.
 
 
***
Пусть тебе одиноко в ночи – 
Будет утро мудрее, добрее. 
Наша жизнь – как поленья в печи, 
Прогорят, но кого-то согреют.
 
 
СНЫ
 
***
Опять не сплю. Не сон, а сплин, 
а сплю – плохое видится. 
Жизнь комом, словно первый блин. 
Второй же не предвидится.
 
 
***
Чёрным ходом, подземным лазом 
пробираюсь я раз за разом 
снов извилистым коридором. 
Я возьму эту смерть измором.
 
 
***
Сон – это опиум для народа,
наша подушка для кислорода,
заменитель сладкого, суррогат,
то, чем нищий всегда богат.
 
 
***
Любовь – это вечные страх и тревога
не встретить, утратить, не вырвать у Бога.
Размыты границы меж явью и сном,
поскольку все мысли всегда об одном.
 
 
***
Мне приснился чудный сон невнятный – 
то, чего на свете быть не может. 
А сегодня стало мне понятно: 
этот самый лучший сон мой – прожит.
 
 
***
К тебе летит мой каждый час и сон. 
Мы переходим плавно в сны друг друга. 
Наш общий сон нас держит, невесом, 
С надёжностью спасательного круга.
 
© Кравченко Н. Все права защищены.

К оглавлению...

Загрузка комментариев...

Медведева пустынь (0)
Этюд 3 (1)
Церковь в Путинках (1)
Собор Василия Блаженного (0)
Записки сумасшедшего (0)
Троице-Сергиева лавра (0)
Ярославль (0)
Старая Москва, Кремль (0)
Микулино Городище (0)
Церковь Покрова Пресвятой Богородицы (0)
Яндекс.Метрика           Рейтинг@Mail.ru     
 
 
RadioCMS    InstantCMS